terça-feira, 18 de março de 2014

РУССКОЙ ПОЭЗИИ - POESIA RUSSA - ALEXANDER SERGEYEVICH PUSHKIN

 

ELEGIA

Dos anos loucos a alegria extinta
Ressaca vaga, faz que eu mal me sinta.
Mas, como o vinho, é o remorso meu
Que mais forte ficou, se envelheceu.

É triste minha estrada. E me anuncia
O mar ruim do porvir dor e agonia.
Mas não desejo, amigos meus, morrer;
Quero ser para pensar e sofrer.

E sei que há gozos para mim guardados
Entre aflições, desgostos e cuidados:
Inda a concórdia poderei cantar,
Sobre prantos fingidos triunfar,

E talvez com sorrir de despedida
Brilhe o amor no sol-pôr de minha vida.


Elegy

The vanished joy of my crazy years
Is as heavy as gloomy hang-over.
But, like wine, the sorrow of past days
Is stronger with time.
My path is sad. The waving sea of the future
Promises me only toil and sorrow.

But, O my friends, I do not wish to die,
I want to live – to think and suffer.
I know, I’ll have some pleasures
Among woes, cares and troubles.
Sometimes I’ll be drunk with harmony again,
Or will weep over my visions,
And it’s possible, at my sorrowful decline,
Love will flash with a parting smile.
                                                          1830


`Elegija
Language: (Russian)

Bezumnykh let ugassheje vesel'je
mne tjazhelo, kak smutnoje pokhmel'je.
No kak vino pechal' minuvshikh dnej
v mojej dushe chem stare, tem sil'nej.
Moj put' unyl. Sulit mne trud i gore
grjadushchego volnujemoje more.
No ne khochu, o drugi, umirat'!
Ja zhit' khochu, chtob myslit' i stradat'.
I vedaju, mne budut naslazhden'ja
mezh gorestej, zabot i trevolnen'ja;
Poroj opjat' garmonijej up'jus',
nad vymyslom slezami obol'jus'.
I mozhet byt', na moj zakat pechal'nyj
blesnet ljubov' ulybkoju proshchal'noj.


Elegìa (1830)

Degli anni folli la sfiorita allegrezza
mi pesa come una torbida ebbrezza.
Ma come il vino è l’amaro del passato
nell’anima: più vecchio, più il sapore è marcato.
Triste è la mia vita: pene e un destino oscuro,
predice il mare tempestoso del futuro.
Amici cari! Non voglio morire,
ma voglio vivere, pensare e soffrire;
lo so che avrò ancora delle contentezze,
tra angustie, affanni e amarezze:
chissà, di un’armonia mi potrei beare,
o di una favola che mi faccia lacrimare,
magari brilli sul tramonto triste mio
l’amor che mi farà il sorriso dell’addio.


Элегия
Безумных лет угасшее веселье
Мне тяжело, как смутное похмелье.
Но, как вино – печаль минувших дней
В моей душе чем старе, тем сильней.
Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе
Грядущего волнуемое море.
Но не хочу, о други, умирать;
Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;
И ведаю, мне будут наслажденья
Меж горестей, забот и треволненья:
Порой опять гармонией упьюсь,
Над вымыслом слезами обольюсь,
И может быть на мой закат печальный
Блеснёт любовь улыбкою прощальной


Elegie

Beglückt, wer seine Leidenschaft
Nicht braucht voll Reue zu beklagen,
Wem Mut die Hoffnung giebt und Kraft,
Die Ungewißheit zu ertragen;
Wem in der wollustheißen Nacht
Der fahle Mond zur Seite schreitet,
Wen der getreue Schlüssel sacht
Zur Kammer der Geliebten leitet!

Ich, ach, vergeh in stummer Qual,
Mit liebesehnendem Gemüte!
Erloschen ist der Hoffnung Strahl,
Verdorrt des Lebens zarte Blüte!
Die Jugend schwindet ungeküßt,
Statt Rosen – harren mein Cypressen …
Doch, wenn die Liebe mich vergißt,